Известный врач, исследователь и популяризатор науки рассказывает, в чем и почему отечественная медицина отстает от зарубежной

«У российских врачей не научное, а магическое мышление», - кардиолог Ярослав Ашихмин

Врач-кардиолог Ярослав Ашихмин

Изменить размер текста:AA

Россияне, которым довелось близко познакомиться с зарубежной медициной в отпуске или командировке, порой далеко не в восторге. В соцсетях пациенты рассказывают жуткие истории о том, как заграничные доктора упускают тяжелые осложнения на мозг после простуд, подолгу не могут поставить диагноз, а с температурой 39 градусов приходится сидеть в очереди. Что это — типичные ситуации или единичные случаи, исключения, которые оказались на слуху и создают неверное представление? Как на самом деле выглядит наше здравоохранение в сравнении с системой оказания медпомощи за рубежом, в первую очередь на Западе, в странах Европы и США? Своим мнением делится врач-кардиолог, исследователь, кандидат медицинских наук, главный терапевт Ильинской больницы Ярослав Ашихмин.

— У нас в стране нередко можно попасть к врачу-специалисту (эндокринологу, урологу, кардиологу) быстрее, чем на Западе. Скорая тоже может приехать быстрее, хотя, в глубинке далеко не всегда. Но вопрос в том, какое качество медпомощи ты получишь, посетив врача?

Особенность российских медиков в том, что у них сильно выражено… магическое мышление. Это значит, что они в первую очередь ориентируются на свой личный опыт и очень мало — на системные исследования, на основе которых строится научный подход, то есть доказательная медицина. При этом формально Минздрав заявляет, что мы следуем принципам доказательной медицины. Но по факту этого не получается.

ФУФЛОМИЦИНЫ ДЛЯ ЛЕЧЕНИЯ ИНСУЛЬТА

Яркий пример из наболевшего — последние официальные рекомендации по лечению инсульта, в которые попала огромная доля лекарств, не имеющих абсолютно никакого доказательного базиса. Среди них мексидол, церебролизин, актовегин, винпоцетин и прочие, каких бы то ни было доказательств эффективности которых ровно ноль. Если хотите точнее, то в плане лечения инсульта во всем мире подтверждено, что может работать только тромболитическая терапия (растворение сгустков крови, тромбов в сосудах, для восстановления кровообращения. — Ред.). То есть, общепризнанная концепция медицины говорит о том, что единственный на сегодня доказанный способ помочь человеку — убрать тромб.

При этом вопрос, эффективен ли мексидол для лечения инсульта, равноценен вопросу «может ли быть при инсульте эффективна святая вода». Я скорее даже буду верить в действие святой воды. Потому что после того, как огромный кусок мозга погиб, нервные клетки не восстанавливаются и добавить их на сегодня никаким способом пока не удается (в инструкции к мексидолу утверждается, что он уменьшает зону некроза, то есть умершей части мозга или сердца, а также увеличивает кровоток в участке омертвевшей ткани. — Ред.). Все эти приписанные мексидолу свойства — не какая-то уникальная разработка, советско-российское ноу-хау, а попросту шаманство, противоречащее общемировому консенсусу о лечении инсульта.

МЕДИКИ ВЫБИРАЮТ МЕНЬШЕЕ ИЗ ЗОЛ?

Если говорить о Западе, то там будущим врачам с первого курса прививают, а они впитывают научный подход. Он говорит о том, что нужно очень критично относиться к себе и своему личному опыту. Подвох в том, что в медицине, если ты работаешь годами, глаз может замыливаться, тебе может казаться, что твой «авторский» метод, даже лекарства с недоказанной эффективностью как будто работают. Это входит в конфликт с доказательной медициной, но наши люди зачастую считают, что их опыт и старания важнее.

С другой стороны, если задуматься, почему наши доктора выбирают тот или иной недоказанный подход, то становится ясно: в существующих условиях это порой единственный доступный способ хоть как-то помочь пациенту. Если российский кардиореаниматолог захочет работать по передовым европейским гайдлайнам (руководствам для врачей. — Ред.), то будет биться лбом обо все, начиная с не обученных медицинских сестер, не готовых работать по западным стандартам, и заканчивая списком лекарств, которые государство закупает для стационаров.

Кстати, для примера хочу рассказать про организацию кардиологической службы в госпиталях США. Там, если ты попадаешь с нарушением сердечного ритма в больницу, кардиологический центр, то может случиться, что настоящий кардиолог к тебе не подойдет в течение суток. И ты в действительности можешь получить осложнение из-за того, что врач не пришел. Но! Если твое состояние ухудшится до определенного порога, то до тебя дойдет чудесный доктор, который тебя при любом раскладе спасет. Кардиолог американский стоит, условно, как 150 наших. А что важно пациенту — чтобы его спасли, не так ли?! И медицинских просчетов, связанных с тем, что к пациенту сразу не прислали кардиолога, врача-специалиста, там, может быть, больше. Но конечный результат ввиду того, что тебя спасут, вылечат, будут за тобой следить и твоя продолжительность жизни будет намного больше лет, чем в России — такой конечный результат там будет лучше.

БЕЗ АНГЛИЙСКОГО — НИКУДА

Еще одна тяжелая проблема в России, которую нельзя не замечать: многие практикующие врачи не знают английский язык. В сегодняшнем мире для медиков это просто критично. Я сам очень люблю русский, я пишу на нем стихи, это язык чувств, которым можно и нужно гордиться, но никуда не деться от факта: так вышло, что вся научная литература, в том числе в медицинской сфере, сегодня на английском. Будь ты немецким, арабским, японским врачом — если ты не знаешь английского, ты выключен из среды доказательной медицины и современных научно-медицинских знаний. Приоритет английского связан в том числе с тем, что он очень прост, и чтобы прояснить суть какого-либо научного, медицинского вопроса, требуется в полтора раза меньше слов (то есть и печатного места, и времени), чем на русском. Поэтому все делается на английском. Учите его!

БОЛЬНОЙ ВОПРОС

Подытожу. Есть ли качественная медицина в России? Есть, но нужно, чтобы вам очень сильно повезло. Чтобы попался доктор, который умеет лечить болезнь. И чтобы этот доктор имел вокруг себя условия, которые позволяют ему реализовать свои знания. Потому что ему может не хватить расходного материала, может не прийти нужная сестра, могут с потолка в операционной сыпаться опилки. Всегда непонятно, попадешь ты в «потемкинскую» больницу или нет. Что я имею в в виду? В медицинской среде достоверно известно: когда в ту или иную больницы приезжает министр, туда часто срочно «госпитализируют» под видом пациенток медсестер. Они лежат на кушетках и говорят, что в клинике все хорошо. И у министра может создаться впечатление, что все отлично.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here